Семейная загадка после почти 108 лет разрешена!

В начале ноября прошлого года благодаря ДНК-генеалогии случилось чудо! И что бы я на свете не отдала за возможность поделиться этим с моим дедушкой! Но в его время люди даже и не смели мечтать о том, что возможно сегодня. На своем личном примере, я хотела бы показать не только, насколько ценным дополнением ДНК-генеалогия может стать к классической генеалогии, но и то, что эти две вспомогательные науки неразрывно связаны друг с другом.

Виктор Давидович Гаас (Хаас), мой дедушка по материнской линии, еще совсем маленьким ребенком попал в детдом после смерти родителей и вырос без родственников. Позже он узнал, что некоторое время до его рождения его родственники эмигрировали в Канаду и США. Среди них по рассказам была тетя моего дедушки с двумя детьми, но на этом вся информация закончилась. Мой дедушка ее и других родственников долго искал, но его усилия не увенчались успехом. В начале ноября прошлого года – почти 108 лет после ее эмиграции – я смогла узнать, что тогда случилось с его тетей, смогла узнать имена ее потомков и то место в США, где ее семья поселилась!

Когда я начала составлять родословную моей семьи более пяти лет назад, в качестве дополнительной информации я могла использовать только отчество моего дедушки и его год рождения в 1913 году. Его отец Давид Гаас должно быть родился где-то около 1890 года. Примерно в то же самое время, я получила результаты своего первого ДНК теста и с удивлением обнаружила, что у меня в базе данных было несколько сотен родственников, большинство из которых жили в США и Канаде. Все они приходились мне довольно дальними родственниками, но некоторые из них все равно смогли мне подсказать место рождения моего дедушки, которое чуть позже смогло быть утверждено как немецкая колония Шёндорф на Волге. После этого я еще больше углубилась в ДНК-генеалогию, и кроме этого, также добилась успехов в классической “бумажной” генеалогии, но в первую очередь со стороны моей бабушки по материнской линии.

В мае 2018 года я съездила в оба архива в Энгельсе и Саратове на Волге, где сохранились многочисленные оригинальные документы по поволжским немецким колониям. Согласно переписи 1897 года в Шёндорфе был только один Давид Гаас и его семья состояла из следующих:

Пeтр Филиппович Гаас, 38 лет, глава семьи

Маргарета Георгиевна, 34 года, жена

Катарина Петровна, 8 лет, дочь

Давид Петрович, 5 лет, сын

Петр Петрович, 4 месяца, сын

Петр и Маргарета получается были моими пра-прадедушкой и пра-прабабушкой, а тетю моего дедушки, которая эмигрировала, стало быть звали Катариной…

Примерно в то же время на генеалогическом форуме о немцах Поволжья я стала искать людей с фамилией Гаас и корнями в колонии Шёндорф на Волге. Таким образом получилось вступить в контакт с А. Гаас из Бремена и О. Гаас из Кемница, которые после анализа ДНК оказались только четвероюродными братьями моей мамы, но благодаря переписям населения я все же смогла установить наши семейные линии в генеалогическом древе. Нашими общими предками оказались мои пра-пра-прадедушка Филипп Гаас и пра-пра-прабабушка Анна Маргарета Шлегель.

Некоторое время назад в списках генетических совпаденцев у моей тети и у меня (мама и дядя делали ДНК тест в другой компании 23andme) появился мужчина по фамилии Ауль (на английском: Олл) из США. С моей тетей у него было 142cM идентичной ДНК, а со мной 85cM. Среди всех мне до этого незнакомых генетических совпаденцев он этим занимал первое место. Учитывая его возраст, моей тете он скорее всего приходился троюродным племянником, а мне четвероюродным братом (общие пра-пра-родители).

Но информация в его древе оказалась немного скудноватой:

Фамилия Ауль мне на первый взгляд ничего не говорила, но согласно генеалогическому древу, его прадед Генрих Ауль, родившийся в 1882 году, был родом из колонии Красный Яр на Волге. Кроме этого, на сайте Find A Grave я узнала, что и его дедушка Виктор Ауль, 1908 г.р., тоже еще в России родился. Его дедушка позже женился на женщине с ирландской фамилией Walsh в США, поэтому родство через ее линию я смогла исключить. Оставалось еще взглянуть на материнскую линию нашего совпаденца, но о ней, к сожалению, не было никакой информации.

Я послала нашему совпаденцу сообщение, кратко описывая нашу семейную историю, но оно осталось без ответа. Поэтому я попыталась узнать больше об этом таинственном далеком родственнике, сравнивая его с другими людьми в базе данных. Используя функцию “Shared matches” я обнаружила, что с ним было очень мало общих совпаденцев по ДНК, но среди этих немногих были те два четвероюродных кузена о которых я писала раньше, A. Гаас из Бремена и О. Гаас из Кемница. А вот с нашими другими более высокими совпаденцами по ДНК, которых используя методику визуального фазирования (Visual Phasing) и особенность наследования Х-хромосомы, я до этого смогла определить как генетических родственников по линии моей прабабушки Софии (жены Давида Гааса), не было общих сегментов ДНК (под “общими совпаденцами/shared matches” имеются ввиду люди в базе данных Ancestry, у которых имеется не меньше 20cM общей ДНК между нами и совпаденцем).

Поскольку у меня был доступ к результатам A. Гаас и О. Гаас я смогла узнать, что степень родства с совпаденцем Аулем у них была немного дальше, чем у моей тети. У них с ним было по 70cM общей ДНК, а у моей тети как известно было 142 см. Нашим общим предком с ними был мой пра-пра-прадедушка Филипп Гаас, 1818 г.р. Это означало, что общим предком с совпаденцем Аулем должен был быть мой пра-прадедушка Петр Гаас, 1858 г.р. Согласно переписи 1897 года у моих пра-прадедушки Петра и пра-прабабушки Маргареты было трое детей: Катарина, Давид и Петр. Согласно переписи 1920 года других детей у них больше не было – там еще указывались Давид и Петр, но других младших братьев или сестер там не было. Учитывая результат анализа ДНК это означало, что наш совпаденец Ауль должен быть либо правнуком сестры Давида Катарины, 1888/89 г.р., либо их брата Петра, 1896/97 г.р.

Как только я это поняла, то не смогла больше сидеть на месте. Решила тогда поискать нашего совпаденца в фэйсбуке. Нашла его профиль и даже фотографию его родителей в молодом возрасте. Его мама оказалась красивой женщиной испано-американского происхождения. Это означало, что наша связь с ним не могла быть через нее. И не через его ирландскую бабушку по отцовской линии. Это означало, что наша связь с ним все же должна была быть через отцовскую линию его дедушки! А это в свою очередь означало, что матерью его дедушки должна была быть Катарина Гаас!

ДНК обладает невероятной силой, но одного этого недостаточно – всегда нужно найти еще и второе, независимое доказательство. Хотя наш совпаденец Ауль так и не ответил на мое сообщение, я вспомнила, где я все же может быть смогу получить помощь: на форуме немцев Поволжья! Это то самое место для изучения своих русско-немецких корней. Участники форума собирают всю информацию о своих предках и на данный момент там уже открыты многочисленные темы по отдельным фамилиям и колониям. Поэтому я совсем не удивилась, что там уже была открыта тема по фамилии Ауль из Красного Яра, в которую я сразу же обратилась со своей просьбой:

После этого я решила продолжить поиск в базе данных Ancestry, так как там возможен доступ к разным документам, в том числе и к переписи населения США за 1930 год. В этой переписи указывался Генрих (Henry) Ауль, родившийся в России в 1882 году. Но только он был женат на Эмилии, а не на Катарине. Кроме того, меня поразило странное имя одной из его дочерей – “Бадилья”.

В других документах его женой тоже была записана Эмилия/Амелия Риб. Какой неожиданный удар! Я просто не могла в это поверить, так как результаты ДНК говорили совершенно другое. Но пришлось смириться с тем, что было перед глазами. Полностью расстроена, обновила свой пост на форуме: “Update: Нет, все-же наверное не через его отцовскую линию Ауль связь… В ревизии США за 1930 год, жена у Генри(ха) Ауль записана как Амелия Риб, а не Катарина Гаас. Была ли семья Риб в Красном Яре?”

Как только я закончила, я увидела, что Andl, один из модераторов форума (кем, как чуть позже выяснилось, оказался никто иной как Андреас Идт, автор книги “Эмиграция немецких колонистов в Россию в 1766 году!”), ответил на мой предыдущий пост:

Так все же Катарина Элизабета Гаас! Какой драматический поворот событий! Какое счастье! Моя теория, основанная на результатах ДНК, оказалась абсолютно правильной и теперь все имело смысл! Амелия Риб должно быть была второй женой Генриха Ауля, а так как они поженились в США, то я обязательно смогу найти этот документ! А 19-летняя “Бадилья” в переписи 1930 года стало быть была Адель! Возможно, что ее имя они тогда еще произносили на русский манер как Аделя.

У Андреаса Идт не было копий оригинальных документов, только записи, потому что эта семья Ауль-Гаас была одной из его побочных линий (мама Генриха Ауля была урожденная Идт). Другой участник форума посоветовал мне тогда связаться с профессором Игорем Плеве по электронной почте. У него был доступ ко всем семейным книгам по Красному Яру и он мог прислать мне отсканированную копию за небольшую плату.

Дожидаясь ответа профессора Плеве, я продолжила мой поиск документов в базе данных Ancestry. Там можно скачать копии списков пассажиров, удостоверения по получению гражданства, копии переписей населения, записи о браке, рождении и смерти, а мне понадобилось бы почти все из этого для решения нашей семейной загадки.

В списке пассажиров SS Merion из Ливерпуля в Филадельфию я нашла запись, датированную 11 января 1912 года, о Генрихе Ауль (29), его жене Катарине (23) и двоих детей Виктора (3) и Адели (1):

Потом я нашла запись о браке Генриха Ауля и Амелии Риб в 1913 году. Получается, что Катарина Элизабета Гаас умерла еще в первый год в Чикаго, не достигнув 25-ти лет и оставив двух маленьких детей.

Затем также получилось найти два заявления Генри Ауля на получение американского гражданства, в которых указывались пятеро детей. Три младшие девочки были от его второй жены. В обоих заявлениях он шел как вдовец; в первом его женой была указана “Elizabeth”, родившаяся 31 октября 1888 года в “Schondorf, Russia“!

Во втором, его жену звали Амелия:

Чуть позже пришел ответ профессора Плеве, который все подтвердил. В семейном списке Аулей из Красного Яра слева указаны колонисты мужского пола, Генрих Конрадович Ауль и его сын Виктор, а справа представительницы женского пола, его жена Катарина Элизабета Гаас и дочь Аделя:

Как прекрасно сошлась в этом случае ДНК-генеалогия с классической генеалогией! Без ДНК теста все это бы не получилось. Без архивных документов тоже нет. Но их одних самих по себе просто бы не хватило!